РЕКВИЕМ

(впечатления от исполнения Реквиема Верди под управлением Теодора Курентзиса; Москва, 2007 г.)

 

Курентзис делает с музыкой нечто совершенно гульдовское, то есть "пересочиняет" ее, демонстративно плюя на то, как это "должно быть". Сидевшая рядом со мной дама (эдакое мрачно-целеустремленное существо лет 70-ти, которое на протяжении всего концерта, не переставая, нервно жевало жвачку; явно из тех, для кого главной святыней является телеканал Культура), всем своим видом каждую секунду демонстрировала, что уж она-то точно знает, КАК надо играть каждую ноту, и поэтому, раскачиваясь в такт музыке, начинала возмущенно качать головой и размахивать руками, когда темп исполнения того или иного фрагмента был раза в два медленнее или быстрее общепринятого: дескать, "айяйяй, ты что, не знаешь, как это положено играть? Ну это же просто безобразие! Как не стыдно так обращаться с ЭТИМ произведением! А ну-ка давай, не затягивай!"

У Курентзиса получилась очень впечатляющая картина; звук оркестра со
старинными духовыми и отсутствием вибрации у струнных и «неоперный» хор - это великолепно. Солисты – увы, типичные оперные голоса, кроме сопрано. (Теодор, по его собственным словам, сам ими недоволен). Никакого другого вида выразительности, кроме оперного, они не понимают и понимать не хотят.

Однако, в целом концептуальный результат получился даже не совсем тот, которого он добивался (сделать вид, что "это не опера"), а другой, еще более важный. Конечно, никакой "церковности", ясное дело, там быть не могло, так музыка эта – слишком пошло-человеческая.

Опера – это диагноз. Получилась трагедия человека, который всю жизнь строчил оперы, а потом вдруг подумал о смерти и решил обратиться к Богу, но написал пародию на "диалог с Богом", так как сам стал персонажем своей оперы, и оказался намертво повязан по рукам и ногам своими штампами и пошлыми ходульными переживаниями. Бог даже не обернулся в его сторону, только съездил по фейсу наотмашь: разговор окончен! Теодор показал это очень резко и рельефно.

Более того, получилась не только история композитора Верди, а шире: трагедия общества, где культура подменила собою духовность. Вместо вечного – временное, вместо внеличного – потуги на "самовыражение", вместо аскезы – слюнявая "красота", которая, как гласит расхожая пошлая фраза "спасет мир" (Боже, какая дикость! Вопиющий пример массового привычного повторения глупостей, ставших для большинства аксиомой). Трагедия такого общества - в беспомощности перед смертью и вечностью. Мы развлекаемся "культурой" и делаем вид, что это и есть мост между нами и Богом, но, когда дело доходит до настоящего разговора с Богом о смерти, то этот мост рушится, так как он представлял собой просто гору мусора, а мы сами оказываемся погребены в недрах этой горы. Отличное надгробие, правда?

А.Б. 2007