Слова. Антон Батагов  
 
   

Невидимые земли.
Размышления перед концертом. И после

фейсбук-посты, январь - февраль 2015

 

Время летит быстро. Вот уже через месяц, в пятницу 13 февраля – мой следующий концерт в Доме музыки: НЕВИДИМЫЕ ЗЕМЛИ. Так называется моя сюита, которую я сыграю во втором отделении. А в первом – 12 прелюдий Дебюсси.

У импрессионистов, конечно, это здорово получалось – писать музыку о том, чего нельзя увидеть глазами. Но ведь на самом деле музыканты всегда занимались и продолжают заниматься именно этим, что вполне естественно. Музыка может решать какие угодно задачи, но у нее есть одна первоочередная обязанность: достоверно рассказывать о невидимом.

- - - - - - - - - - - - -

В Декабре 1913 года в Москву приехал французский композитор по имени Клод Дебюсси. Вот как он увидел Россию из окна поезда:

"Начиная от Варшавы, это бесконечная степь … Всемирная выставка белого цвета.

Снег падает тихо, упрямо, и, похоже, это так никогда и не кончится… В целом это картина народного возмущения из "Бориса Годунова", но в еще более печальном, нищенском варианте.

Хорошо выглядят здесь одни жандармы. Этого добра на все прочее население хватает."

Ознакомиться с творчеством г-на Дебюсси вы сможете 13 февраля в Доме музыки.

- - - - - - - - - - - - -

Бывает, напишут господа критики что-то критическое, а не хвалебное, а музыканты, про которых это написали, очень расстраиваются. А один известный композитор в ответ на критику целую книгу написал.

А вот почитайте, что писали в газетах после концертов Дебюсси в Москве и Петербурге в 1913 году:

"Вчера состоялось выступление французского композитора Клода Дебюсси, который был встречен тушем оркестра, аплодисментами и цветочным дождем. По мере продолжения концерта приветствия публики становились всё холоднее, а к концу вечера зала опустела заметно. Дебюсси оказался посредственным дирижером, а сочинения его в большом количестве мало удобоваримыми."(Русские ведомости)

"У Дебюсси всё продумано необычайно тонко, а где тонко, там и рвется. Поэтому невыгодно для композитора выступать с целой программой из собственных произведений. В конце концов, становится скучновато." (Петербургская газета)

"Вечер, посвященный Дебюсси, оказался в высшей степени несносным. То, что могло казаться странным по настроению, интересным по колориту, даже живописным на протяжении пяти минут, оказалось на протяжении часа невыносимо однообразным. Это однообразие зависит от отсутствия у Дебюсси тех качеств, без которых для меня музыка вообще не существует. У Дебюсси нет формы — любую пьесу его вы можете начать с любого такта и окончить на любом такте — не знающий этой музыки и не следящий по нотам, и не заметит, что пьеса сыграна не вся. Это отсутствие формы зависит от того, что у Дебюсси нет непосредственного музыкального изобретения, у него нет тем. Импрессионист может заменить это отсутствие необходимых строительных элементов красочным пятном и темпераментом, который может динамическими нарастаниями и гармоническими контрастами вызвать известное душевное волнение. Но у Дебюсси нет темперамента совершенно, его краски страшно однообразны. Через десять минут вы испытываете раздражение, обращающееся невольно на автора, особенно если он дирижирует так бесцветно, как это делает Дебюсси." (Русская Музыкальная газета)

"В смысле переживаний человеческих и эмоционального содержания музыка Дебюсси не дает ничего. В ней все драматические страсти и переживания заменены на простое щекотание нервов — это переживания морфиноманов, а не здоровых людей. Как дирижер г. Дебюсси вполне приличен, но страсть, волнение и здесь не его область. В заключение отметим, что г. Дебюсси получил несколько изящных венков." (Петербургский листок)

Вот так. И что же Дебюсси? Да ничего. Забрал венки, сел в поезд и вернулся в Париж, где и живет до сих пор.

Кстати, совсем скоро, 13 февраля, 1-й том его Прелюдий исполнит в Доме музыки его русский коллега monsieur Batagoff . А во втором отделении он сыграет свою сюиту "Невидимые земли". Очень подходящее название, позвольте заметить. Если уж у Дебюсси нет формы, то у минималистов как правило нет даже попыток ее построить.

Господа морфиноманы, милости просим. Всех, кто предпочитает другие вещества, тоже обещали пускать.

- - - - - - - - - - - - -

Тринадцатое, пятница. Как раз накануне праздника, который почему-то отмечается только раз в году. Очень праздничная программа. Приходите в дом музыки, что на Красных Холмах. Оттуда открывается невероятный вид на невидимые земли.

Сидя на красивом холме
Я часто вижу сны, и вот что кажется мне:
Что дело не в деньгах, и не в количестве женщин,
И не в старом фольклоре, и не в новой волне -
Но мы идем вслепую в странных местах,
И все, что есть у нас - это радость и страх,
Страх, что мы хуже, чем можем,
И радость того, что все в надежных руках;
И в каждом сне
Я никак не могу отказаться,
И куда-то бегу, но когда я проснусь,
Я надеюсь, ты будешь со мной.

- - - - - - - - - - - - -

Интересно, что Дебюсси пишет название каждой прелюдии не перед началом, в самом верху первой страницы, как это всегда делается, а в конце, в самом низу последней страницы, и к тому же в скобках. Дескать, можно эту пьесу назвать вот так, но можно и как-нибудь еще. Если она вызывает в вашем воображении другие ассоциации и картинки – придумайте название сами.

И еще у Дебюсси очень слышно влияние русской музыки – прежде всего Римского-Корсакова и Мусоргского. Собственно, он всегда это признавал.

Во втором отделении этого концерта я сыграю свою сюиту "Невидимые земли".

4 пьесы, 40 минут, причем почти половину этого времени занимает первая вещь.

Видимо, это минимализм. "Строительного материала" мало, мелодий нет, названий тоже нет. Можно, например, пофантазировать, кто кому пишет письма. Первая пьеса – возможно, письмо Дебюсси Гэвину Брайарсу. Или даже – сразу, без посредников, Пифагору. Когда-то я написал музыку для струнных под названием "Тетрактис". Это была попытка "озвучить" учение Пифагора о соотношении обертонов. Тогда я сделал это с помощью тянущихся нот струнных инструментов, а в этой пьесе – посредством колокольных звуков рояля. Ну и ноты в ней другие, конечно).

Не знаю, что сказать про остальные три части этой сюиты.

- - - - - - - - - - - - -

Как и на предыдущих моих концертах, 13 числа в фойе ММДМ будет стоять ящик для сбора пожертвований в помощь приюту для бездомных собак "зов предков". Вы можете не сомневаться в том, что все собранные деньги на следующий день отвозят прямо в приют. Нет никаких посредников, фондов и всего того, что вызывает у нас подозрение. К сожалению, воры и мошенники успешно работают и в этой сфере, поэтому, пожалуйста, если вы жертвуете хотя бы 1 рубль на помощь кому-то, всегда проверяйте, не обман ли это. В данном случае вы можете сходить на сайт http://www.zovpredkov.net/ или фб-страницу приюта, а на концерте поговорить с волонтерами.

И, кстати, приезжайте в приют!

И еще в фойе – выставка плакатов, сделанных студентами Высшей школы графического дизайна специально для этой программы. Каждый раз, видя их плакаты, я не устаю радоваться тому, как с помощью дизайна можно увидеть одну и ту же "вещь" с разных, совершенно неожиданных сторон.

- - - - - - - - - - - - -

Вчера на концерте было собрано 23980 рублей для собачьего приюта. Огромное, колоссальное спасибо вам.

Моя вчерашняя программа была путешествием туда, где всё, казалось бы, наполнено радостью. Но жизнь устроена так, что нельзя просто сказать себе: "всё хорошо" – и – раз! – всё станет хорошо. Каждый из нас проходит через трудные этапы своего пути, и наша страна тоже, и наш мир. Сейчас такое время, что мир на грани катастрофы, и все виды безумия, заблуждения, конфронтации обострены до предела. И поэтому так важно, чтобы мы не теряли того состояния, которое дает нам силы. Иногда это можно почувствовать через музыку, а можно и через что угодно. И в этом состоянии без всякой лишней философии мы знаем, что мы – вместе, что нам не плохо и не страшно, и что нет ничего такого, чего мы не могли бы преодолеть.

И – с праздником! Я хочу пожелать вам, чтобы слово "люблю" никогда не оказывалось в прошедшем времени.

Спасибо вам. Не прощаемся.